Нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

Под знаком непредсказуемости (The Black Swan. The impact of Читать полностью. "Черный Иллюстрации к книге Нассим Талеб - Черный лебедь. Встреча с первым черным лебедем, должно быть, сильно удивила орнитологов (и . Под знаком непредсказуемости" Талеб Нассим Николас читать. 69 рецензий на книгу «Черный лебедь». Под знаком непредсказуемости авторов Нассим Николас Талеб, Нассім Ніколас Талеб.

Прочие ДНК постепенно исчезнут. Достаточно взглянуть на разницу между нами, людьми исключая финансистов и бизнесменови прочими живыми существами на планете. Кроме того, я уверен, что переворот в социальной жизни произвел не граммофон, а чья-то великая, но дискриминационная идея изобрести алфавит, который позволяет нам сохранять и воспроизводить информацию.

Колесо закрутилось быстрее, когда другому изобретателю пришла в голову еще более опасная и зловредная мысль запустить печатный станок, позволив слову преодолеть границы и дав толчок тому, что в конце концов привело к такому положению вещей, при котором победитель получает.

Книга "Черный лебедь" - Нассим Николас Талеб скачать бесплатно, читать онлайн

Какой же несправедливостью чревато распространение книг? При помощи алфавита можно точно и многократно воспроизводить истории и идеи без дополнительных усилий со стороны автора. Автор даже не обязан быть живым; нередко смерть — хороший карьерный шаг для писателя. Соответственно те, кому удалось привлечь к себе внимание, получают шанс быстро завоевать большую аудиторию и вытеснить конкурентов с книжных полок. В дни бардов и трубадуров у каждого была своя аудитория. У рассказчика, подобно пекарю или меднику, имелся собственный рынок и гарантия, что никакой далекий конкурент не сгонит его с его территории.

Теперь единицы получают почти все; остальные — крохи.

нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

Таким же точно образом пришествие кино погубило провинциальных актеров, вытеснив их из профессии. Но тут есть некоторая разница. В тех видах деятельности, где есть техническая составляющая, будь то мастерство пианиста или нейрохирурга, талант несложно оценить, а субъективное мнение играет сравнительно малую роль.

Неравенство здесь наступает, когда кто-то, кого считают лишь чуть-чуть лучше других, забирает себе весь пирог.

Черный лебедь

В искусстве — скажем, в кино — атмосфера куда более безнравственная. То, что мы называем талантом, как правило, определяется успехом, а не наоборот. В этой области проводилось много эмпирических исследований.

Самые замечательные принадлежат Арту Де Вани, прозорливому и своеобычному мыслителю, самозабвенно изучавшему невероятную непредсказуемость киноиндустрии. Картина творит актера, утверждает он, а в сотворении картины очень велика роль нелинейной удачи. Успех фильмов сильно зависит от эпидемиологического фактора. Эпидемиям подвержено не одно кино: Нам трудно признать, что мы превозносим произведение искусства не только потому, что оно прекрасно, но и для того, чтобы ощущать свою принадлежность к сообществу.

Подражание позволяет нам стать ближе к другим людям, то есть другим подражателям. Это борьба с одиночеством. Из всего вышесказанного видно, как трудно предсказывать результаты в обстановке концентрированного успеха. Так что пока давайте отметим, что различие между профессиями может помочь в понимании различия между типами случайных переменных. Давайте углубимся в проблему знания, в догадки о неизвестном и в свойства известного.

Она также гораздо благосклоннее к попыткам пробиться наверх путем проб и ошибок. Дизайн ботинка — более прибыльное дело, чем производство ботинка: Однако социоэкономические рассуждения я отложу до третьей части и сосредоточусь здесь на знании. Путешествия по Среднестану Различие между масштабируемым и немасштабируемым позволяет нам провести четкую границу между двумя разновидностями неопределенности, двумя типами случайностей.

Давайте поставим следующий мысленный эксперимент. Представьте себе, что вы наугад выбираете из всего населения Земли тысячу человек и выстраиваете их в ряд на стадионе. Вы можете даже прихватить французов только, умоляю, не слишком много, имейте сострадание к остальным участникам экспериментачленов мафиозных группировок, членов не мафиозных группировок и вегетарианцев.

нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

Представьте себе очень-очень тяжелого толстяка и присоедините его к этой выборке. Можно даже пойти. Если вы выберете самого тяжелого человека на свете которого, не оскорбляя законов биологии, еще можно назвать человекомон все равно составит не больше, скажем, о,6 процента от общей массы — прибавка микроскопическая. А если вы сгоните на стадион десять тысяч человек, его вклад будет стремиться к минус бесконечности. В утопической провинции Среднестане конкретные события вносят малую лепту в общую картину; они действуют лишь сообща.

Я могу сформулировать высший закон Среднестана следующим образом: Даже если отклонения поражают размерами, для итоговой суммы они оказываются непринципиальными. Я позаимствую еще один пример у моего друга Брюса Голдберга: Никакой отдельно взятый день, даже День благодарения у вашей двоюродной бабушки, не составит значительную долю целого. Даже если вы зададитесь целью натрескаться до смерти, вы не нашпигуете себя калориями так, чтобы показатель этого дня всерьез повлиял на общегодовой.

Могло бы случиться что-нибудь другое. Не странно ли, что событие случается именно потому, что оно не должно было случиться?

Как от такого защищаться?

нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

Странно, что в подобной стратегической игре то, что вам известно, может не иметь никакого значения. Это относится к любому занятию. Если бы он был известен и очевиден, кто-нибудь уже бы его изобрел и он превратился бы в нечто тривиальное.

Чтобы обскакать всех, нужно выдать такую идею, которая вряд ли придет в голову нынешнему поколению рестораторов. Она должна быть абсолютно неожиданной.

нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

Чем менее предсказуем успех подобного предприятия, тем меньше у него конкурентов и тем больше вероятная прибыль. То же самое относится к обувному или книжному делу — да, собственно, к любому бизнесу.

То же самое относится и к научным теориям — никому не интересно слушать банальности. Успешность человеческих начинаний, как правило, обратно пропорциональна предсказуемости их результата. Вспомните тихоокеанское цунами года. Если бы его ждали, оно бы не нанесло такого ущерба. Затронутые им области были бы эвакуированы, была бы задействована система раннего оповещения.

Предупрежден — значит вооружен. Но мы ведем себя так, будто можем предсказывать исторические события, или даже хуже — будто можем менять ход истории. Мы прогнозируем дефициты бюджета и цены на нефть на тридцатилетний срок, не понимая, что не можем знать, какими они будут следующим летом.

Совокупные ошибки в политических и экономических прогнозах столь чудовищны, что, когда я смотрю на их список, мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я не сплю.

нассим талеб черный лебедь под знаком непредсказуемости читать

Удивителен не масштаб наших неверных прогнозов, а то, что мы о нем не подозреваем. Это особенно беспокоит, когда мы ввязываемся в смертельные конфликты: Из-за такого непонимания причинно-следственных связей между провокацией и действием мы можем с легкостью спровоцировать своим агрессивным невежеством появление Черного лебедя — как ребенок, играющий с набором химических реактивов.

Наша неспособность к прогнозам в среде, кишащей Черными лебедями, вместе с общим непониманием такого положения вещей, означает, что некоторые профессионалы, считающие себя экспертами, на самом деле таковыми не являются.

Если посмотреть на их послужной список, станет ясно, что они разбираются в своей области не лучше, чем человек с улицы, только гораздо лучше говорят об этом или — что еще опаснее — затуманивают нам мозги математическими моделями. Они также в большинстве своем носят галстук. Поскольку Черные лебеди непредсказуемы, нам следует приспособиться к их существованию вместо того чтобы наивно пытаться их предсказать.

Мы можем добиться многого, если сосредоточимся на антизнании, то есть на том, чего мы не знаем. Помимо всего прочего, можно настроиться на ловлю счастливых Черных лебедей тех, что дают положительный эффектпо возможности идя им навстречу. В некоторых областях — например в научных исследованиях или в венчурных инвестициях — ставить на неизвестное чрезвычайно выгодно, потому что, как правило, при проигрыше потери малы, а при выигрыше прибыль огромна.

Нассим Талеб: Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости

Мы увидим, что, вопреки утверждениям обществоведов, почти все важные открытия и технические изобретения не являлись результатом стратегического планирования — они были всего лишь Черными лебедями. Ученые и бизнесмены должны как можно меньше полагаться на планирование и как можно больше импровизировать, стараясь не упустить подвернувшийся шанс. Я не согласен с последователями Маркса и Адама Смита: То есть мой вам совет: Обучение обучению С другой стороны, нам мешает то, что мы слишком зацикливаемся на известном, мы склонны изучать подробности, а не картину в целом.

Поняли ли они, что есть события, которые силой своей внутренней динамики выталкиваются за пределы предсказуемого? Осознали ли, что традиционное знание в корне ущербно? Чему же они научились? Они следуют жесткому правилу: История с линией Мажино хорошо иллюстрирует правильность нашей теории. После Первой мировой войны французы построили стену укреплений вдоль линии немецкого фронта, чтобы предотвратить повторное вторжение; Гитлер без труда ее обогнул.

Французы оказались слишком прилежными учениками истории. Заботясь о собственной безопасности, они перемудрили с конкретными мерами. Обучение тому, что мы не обучаемся тому, что мы не обучаемся, не происходит само.

Проблема — в структуре нашего сознания: Метаправила например, правило, что мы склонны не постигать правил усваиваются нами плохо. Мы презираем абстрактное, причем презираем страстно.

Здесь необходимо — поскольку это основная цель всей моей книги — перевернуть традиционную логику с ног на голову и продемонстрировать, насколько она неприменима к нашей нынешней, сложной и становящейся все более рекурсивной [3] среде. Но вот вопрос посерьезнее: Такое ощущение, что нам выдали неверную инструкцию по эксплуатации.

Прочитав, некоторые лохи попробовали инвестировать, как советовал Роб, и Ну так вот про Талеба. В чём проблема книги? У Талеба подробно описано, как гениальное произведение, написанное одновременно на английском, русском и итальянском sic! Во втором издании книги Талеб вспомнил, что есть такая штука — Гугл, а многие русские умеют читать и по-английски, и вставил ссылочку номер В первом выпуске книги, не умеющих в русскую мову читателей-лохов Талеб разводил на полном серьёзе, без всяких ссылок.

Автор не дурак и мастерски использует метод "Кардинал и галантерейщик -- это сила! Шарик под средним напёрстком, я точно запомнил! Если предстоит долгий перелёт. Определённо полезнее, чем очередной опус о пападанце, конструирующем атомную бомбу для Александра Македонского! Однако, пропускайте всё написанное про математику. Автор матстатистику понимает не лучше, чем тот самый македонский попаданец.

Книгу слушал в аудиоформате на английском языке и доволен весьма. Пожалуй принцип фальсифицируемости я понял только после. Хорошие простые примеры по сложным вопросам. Многое в жизни стало понятнее. Но легче, конечно, жить не становиться. Принять такой подход к жизни это как сломать всю структуру догм что-ли. Намного приятнее жить установленными истинами.